Экономика и экология нерасторжимы. Развитие экономики — одна из главных причин изменения климата — может стать и решением проблемы. Экономическая наука стоит на передовой изучения глобального потепления. Есть надежда, что экономические рычаги (налоги и иная регуляция) побудят нас уменьшить загрязнение окружающей среды в будущем.
Экономическая эволюция человечества шла рука об руку с добычей полезных ископаемых, особенно после первой промышленной революции. Без угля, нефти и других природных ресурсов западная экономика не смогла бы развиваться такими темпами и произвести на протяжении последних веков столько богатств.
Однако экономическое развитие может сопровождаться значительными экологическими издержками. Современные оценки Межправительственной группы экспертов по изменению климата (IPCC) указывают, что влияние человека однозначно привело к потеплению атмосферы, океана и суши, а вызванное человеком изменение климата уже влияет на многие экстремальные погодные и климатические явления. При этом связывать отдельный ураган только с глобальным потеплением было бы слишком упрощенно: ученые оценивают, как изменение климата меняет вероятность и интенсивность определенных типов событий.
Такое развитие событий поставит крест на будущем процветании нашего мира, поэтому перед нами встает важнейшая дилемма. Сократить ли потребление ископаемого топлива, чтобы уменьшить влияние потепления на будущие поколения, даже если это грозит нам медленным экономическим ростом и большей бедностью в ближайшем будущем? Или следует продолжать в том же духе, уповая на то, что следующее поколение, которое будет богаче нас и продвинется дальше по пути прогресса, откроет способ бороться с изменениями климата или смягчить их?
«Свидетельств серьезности ситуации и рискованности бездействия или отложенных действий на сегодня предостаточно. Мы рискуем потерять больше, чем потеряли по итогам двух мировых войн. Ответом на глобальную проблему должно стать всемирное сотрудничество» Сэр Николас Стерн, британский экономист
По мнению сэра Николаса Стерна, британского экономиста, одним из первых заговорившего об этой дилемме, сумма связанных с климатов расходов в будущем может превысить 20 % мирового ВВП — около $6 трлн — по сравнению со всего лишь 1 % мирового ВВП, позволяющим противостоять угрозе сейчас.
Технический прогресс действительно способен уменьшать часть экологических издержек, но из этого не следует, что рынок автоматически и своевременно решает любую экологическую проблему. Загрязнение и выбросы парниковых газов — классический пример внешних эффектов: часть издержек несут не только производитель и покупатель, но и другие люди. Поэтому экологическая экономика изучает не выбор между «рынком» и «запретами», а способы учитывать эти внешние издержки в ценах и правилах.
История знает случаи, когда новая технология снимала одну проблему и одновременно создавала другую: автомобили уменьшили зависимость городского транспорта от лошадей, но принесли выбросы, шум и пробки. Низкоуглеродная энергетика, повышение энергоэффективности, хранение энергии и улавливание углекислого газа могут уменьшать выбросы, однако ни одна отдельная технология не гарантирует решения климатической проблемы без экономических и политических мер.
Глобальное потепление — пример сбоя рыночного механизма. По словам сэра Николаса Стерна, это худший сбой такого рода в мировой истории. На адекватно функционирующем рынке цена актива растет, когда падает предложение или увеличивается спрос, — это ключевой элемент теории невидимой руки рынка, предложенной Адамом Смитом. Если каждый действует из личного интереса, рынок произведет то, чего все хотят, и всем будет хорошо.
Однако до очень недавнего времени свежий воздух или загрязнение не имели цены — почти никто в экономике их не замечал. В строгом смысле слова никто не «владеет» окружающей средой, хотя, разумеется, она принадлежит всем людям. Воздействия на третьих лиц, не опосредованные рынком, экономисты называют экстерналиями. На самом деле стоимость загрязнения окружающей среды чрезвычайно велика.
Последствиями загрязнения становятся новые ураганы, опустынивание и повышение уровня моря, а также умирание малых и больших городов, — иначе говоря, оно встает нам дорого. Работа по оценке ущерба ведется очень мало времени — всего лишь с тех пор, как ученые осознали, какими именно явлениями чревато изменение климата. В теории стоимость борьбы с глобальным потеплением должна быть равна тому, что люди согласны заплатить, чтобы гарантировать себе и своим детям чистый воздух в будущем. Если мы готовы терпеть загрязнение атмосферы и все, что оно повлечет за собой, экстерналии как таковой нет.
Ученые прогнозируют, что около 2050 года для предовращения катастрофических последствий глобального потепления человечеству придется сократить выбросы парниковых газов (они задерживают тепло в атмосфере, превращая ее в своего рода парник) в два раза. Экологи призывают бороться с уничтожением лесов, которое обусловливает увеличение выбросов парниковых газов на 15-20 %.
Подобных результатов чрезвычайно трудно достичь, потому что не все в мире согласны с тем, что к ним нужно стремиться. Несколько лет США и другие страны, в том числе Китай и Австралия, уклонялись от обязательств уменьшить выбросы парниковых газов, опасаясь, что эти обязательства повредят их экономике. Сокращение выбросов обычно сопровождается замедленным экономическим ростом.
Более того, развивающиеся страны, такие как Китай, Бразилия и Индия, доказывали, и не без успеха, что они не должны значительно снижать выбросы. По большому счету, глобальное потепление — результат загрязнения, порожденного Западом, а не молодой экономикой этих стран, так почему они должны оплачивать ущерб, нанесенный кем-то другим? Увы, именно эти страны планируют в ближайшем будущем производить большую часть выбросов. С другой стороны, хуже всего изменение климата скажется, видимо, на беднейших странах, особенно на тех, что находятся в тропиках.
Несмотря на веские научные теории, подтверждающие реальность глобального потепления и нашу ответственность за него, есть люди, относящиеся к этим аргументам скептически. Но доминирующая точка зрения гласит, что цена бездействия (потенциальной климатической катастрофы будущего) куда больше, чем цена сегодняшнего действия (сокращения выбросов и замедления экономического роста). Борьба с глобальным потеплением — это страховой полис для будущих поколений.