Интерфейсы « мозг-машина»
Интерфейсы «мозг-компьютер» уже существуют и позволяют преобразовывать измеряемую активность мозга в команды для внешнего устройства. Пока это прежде всего исследовательские и медицинские системы, а не замена клавиатуры и мыши для большинства людей. Наиболее важная область применения — помощь людям с параличом и тяжёлыми нарушениями речи или движения.
Важно не путать настоящие нейроинтерфейсы с игрушками. Коммерческие игры вроде Mindflex и Star Wars Force Trainer появились в конце 2000-х и использовали простые электроэнцефалографические датчики: они реагировали на определённые характеристики электрической активности мозга, но не «читали мысли». Современные BCI бывают неинвазивными и имплантируемыми; чем ближе электроды к нейронам, тем более детальный сигнал можно получить, но тем сложнее и рискованнее медицинская процедура.
Нейроинтерфейсы исследуют для управления курсором, протезами, роботизированными устройствами и средствами общения. Отдельное направление — глубокая стимуляция мозга, применяемая при некоторых неврологических заболеваниях, но это не то же самое, что BCI: стимулятор воздействует на нервную систему, тогда как интерфейс «мозг-компьютер» прежде всего считывает сигналы и переводит их в команды.
«Мы пока не представляем себе пределов» Мелоди Мур Джексон, сотрудник Лаборатории мозга, Технический университет Джорджии, США
Именно медицина остаётся главным практическим направлением. В 2025 году исследователи при поддержке NIH продемонстрировали имплантируемый интерфейс, который преобразовывал попытки речи женщины с параличом в синтезированный голос почти в реальном времени. Это впечатляющий результат, но пока речь идёт о клинических исследованиях с небольшим числом участников, а не о массовом устройстве.
В дальнейшем, может статься, человек окажется подключен к различным устройствам и бытовым приборам — от автомобилей и холодильников до домашнего освещения. Разве не прекрасно, к примеру, включать свет одной лишь мыслью «да будет свет» или плиту — мыслью «да будет еда»? Может, и нет. Нашим телам нужна физическая деятельность — без нее они портятся. Но вероятно, и эту проблему посильно решить при помощи имплантов, стимулирующих мышцы.
Загрузка данных
Идея «загрузить» знания, воспоминания или сложный навык прямо в мозг во время сна пока не подтверждена. Сон действительно участвует в закреплении памяти, но это не аналог записи файла на компьютер. Современные нейроинтерфейсы могут считывать ограниченные сигналы или стимулировать определённые участки нервной системы, однако записывать готовые мысли и знания в человеческий мозг наука не умеет.
«Мы развиваемся так быстро, что совсем скоро сможем различать, врет ли кто-нибудь, или собрался ли кто-то совершить преступление — с приличной долей уверенности» Барбара Саакян, профессор нейропсихологии, Кембриджский университет, Великобритания
Развитие нейроинтерфейсов действительно поднимает вопросы приватности. Однако современные системы не умеют произвольно читать любые мысли человека на расстоянии: им нужны датчики или импланты, индивидуальная калибровка и обычно активное участие самого пользователя. Исследователи уже обсуждают правила обращения с нейронными данными именно потому, что возможности декодирования постепенно растут.
А что же мир животных? Сейчас я выскажу определенно радикальное соображение: вероятно, сознание существует как непрерывность — и животные, и даже растения располагают разной степенью осознанности. Если так оно и есть, мы могли бы отыскать способ достучаться до этого сознания и наладить общение, и вот это станет абсолютным взрывом наших представлений о мире — в немалой степени оттого, что этическое оправдание убийства животных базируется на том, что они лишены осознанности, то есть не имеют знания о собственном существовании в той же фундаментальной степени, в какой оно есть у нас, людей. Попытайтесь представить, например, что мы внезапно научились общаться с дельфинами и те рассказали нам, что именно они о нас думают.
Что же мы все-таки знаем?
В перспективе BCI могут расширить набор устройств, которыми человек способен управлять без движения мышц. Но между управлением простым курсором или протезом и универсальным «мысленным пультом» для всего дома лежит большая инженерная дистанция: сигнал мозга шумный, отличается у разных людей и требует надёжной интерпретации и защиты от ошибок.
Повторюсь: все это производит впечатление праздных фантазий. Но все это не невозможно. Более того, если и когда мы окажемся в таком будущем, перед нами встанет немало вопросов. Прежде всего, откуда нам будет известно, что мы действительно существуем в том виде, в каком нам кажется? Может, мы все время жили внутри компьютерного симулятора? Если эта симуляция достаточно сложна и намерена скармливать нам вполне конкретную информацию, как мы распознаем разницу? Конфуз выйдет, если окажется, что мы не в силах ее контролировать, но представьте, какие открываются перспективы, если все же в силах! Не путешествия во времени и не телепортация, конечно, но близко.
Всё для вас
7 утра. Солнце просачивается сквозь шторы в спальню, и вам приходит в голову, что надо бы их отдернуть, а заодно и открыть форточку — слегка проветрить. И шторы, и форточка немедленно подчиняются. Вы встаете с кровати и отправляетесь в ванную — душ включается в ту секунду, когда вы о нем подумали. Вода чуть горячее, чем хотелось бы, и жар тут же спадает. Вы проходите мимо кофеварки, которая уже налила вам чашку: кофеварка синхронизирована со шторами. В эту минуту холодильник напоминает вам, что стоит пять минут поделать зарядку — скомпенсировать недостаток подвижности, накопленный за утро. Вы так рай или ад себе представляете?
Да пребудет с нами сила телекинеза
Несколько лет назад я за 150 австралийских долларов приобрел в Сиднее «Тренажер Силы». То, что надо. Мне хотелось убедиться, что с помощью интерфейса «мозг-машина» (головная гарнитура) действительно можно слать церебральные волны игрушке, которая запускает пропеллер с моторчиком, который, в свою очередь, загоняет пинг-понговый шарик вверх по трубе. Сработало? До некоторой степени, хотя мне больше проку от авторучки, которая переводит рукописный текст в цифровой, а также умеет записывать аудио- и видеоверсии важных встреч.