Удаленный мониторинг
Представьте себе повязку, которая не только защищает рану, но и может «обсудить» ее с врачом — передать информацию о состоянии раны и некоторых физиологических показателях. Такие умные повязки с датчиками действительно разрабатываются, хотя большинство пока остается исследовательской или специализированной технологией. Зато удаленная передача давления, веса, пульса и уровня глюкозы уже стала обычной частью дистанционного мониторинга.
С точки зрения пациента, фантазии на тему «говорящих» повязок привлекательны, поскольку такие устройства могут быть неинтрузивными и удобными. Больной может выбираться из постели, двигаться самостоятельно и в некоторых случаях сократить число поездок в больницу. Людям с хроническими заболеваниями — диабетом или сердечно-сосудистыми болезнями, например, — удаленный мониторинг может помочь наблюдаться дома между визитами. Его часто связывают с телемедициной, но это не совсем одно и то же: телемедицина включает дистанционную медицинскую помощь и консультации, а мониторинг — регулярную передачу измеряемых показателей.
Все это уже существует и быстро развивается — но не каждая будущая возможность стала медицинской практикой. Можно представить пластыри и эпидермальную электронику, отслеживающие все больше показателей, и подобные сенсоры действительно исследуются. Однако мгновенно и надежно диагностировать депрессию, суицидальное состояние или будущую паническую атаку по одному пластырю сегодня нельзя: такие применения требуют клинической проверки и осторожной интерпретации.
Мониторинг на дому
Домашний мониторинг пациентов уже применяется при ряде хронических заболеваний — такое наблюдение может экономить им время, силы и хлопоты и помогать раньше заметить изменение показателей. У домашнего мониторинга есть и другое преимущество: возможность поддерживать медицинское наблюдение в удаленных населенных пунктах. Но он не во всех случаях одинаково снижает госпитализации или расходы — эффект зависит от заболевания, прибора и организации помощи. Можно представить и хирургическую операцию, производимую хирургом на пациенте при помощи робота, когда сам хирург находится далеко: технически такое уже демонстрировалось, однако дистанционная роботизированная хирургия распространена гораздо меньше обычного телемониторинга.
Что касается приборов, вживленных в человеческое тело, то у нас уже есть устройства, имплантируемые в мозг при некоторых двигательных расстройствах, включая болезнь Паркинсона; применение глубокой стимуляции мозга при депрессии остается значительно более ограниченным и исследовательским. Имплантируемые кардиовертеры-дефибрилляторы предназначены прежде всего для выявления и прекращения опасных аритмий, а не для «лечения ранних стадий инфаркта». Существуют также системы непрерывного мониторинга глюкозы, в том числе с сенсором под кожей, и инсулиновые помпы.
Часть того, что раньше относили к будущему, уже стала реальностью: инсулиновые насосы, дистанционно контролируемые кардиологические устройства, носимые сенсоры и некоторые виды нейростимуляции. Другие идеи из прежнего списка — импланты для сложного восстановления костной ткани, устройства, подавляющие голод, нейтрализаторы мигреней и мозговые импланты нового поколения — существуют лишь для отдельных показаний, находятся в разработке или остаются экспериментальными. Поэтому эффектная идея еще не означает доказанный метод лечения.
За пациентами, которые не могут сами за собой следить, — например, за некоторыми людьми с деменцией, — уже могут помогать приглядывать датчики движения, системы обнаружения падений и электронные напоминания. «Умная» трость может оценивать походку пациента, скажем, после операции, а датчики дома — сообщать близким или сиделкам о тревожных событиях. Вполне здоровые люди тоже носят часы и датчики для наблюдения за физической активностью и некоторыми показателями. С другой стороны, прежнее опасение остается справедливым: если датчики постоянно генерируют сигналы, данных для анализа у врачей может стать невпроворот, а ложные тревоги и перегрузка информацией сами превращаются в проблему.
Значит, нужны компьютеры, которые помогают анализировать данные и выделять показатели, требующие внимания врача. Эта идея уже реализуется, хотя клинически значимые алгоритмы требуют проверки и человеческого контроля. С такого рода технологиями связана и куча других — от дистанционных консультаций и получения второго мнения до онлайн-записи на прием и передачи результатов исследований; многое из того, что раньше выглядело будущим, стало повседневным цифровым сервисом.
Внутренняя медицина
Все еще недостаточно футуристично? А вот представьте тогда микроботов или другие микроприборы, занятые наблюдением за больным, введением лекарств и очень малыми манипуляциями внутри человеческого тела. Подобные эксперименты действительно проводятся, однако лабораторный микроробот и устройство, безопасно работающее внутри человека, — далеко не одно и то же. Исследователям еще приходится решать вопросы управления, биосовместимости, доставки и удаления таких систем.
«Врач будущего будет не прописывать лекарство, а заинтересовывать своих пациентов в заботе об их человеческом каркасе, в диете и в предотвращении заболевания» Томас Эдисон (1847-1931), американский изобретатель, предприниматель
Техника «проглатывания хирурга» и перспективы ее развития поражают воображение. Капсульная эндоскопия действительно существует: пациент заглатывает миниатюрную капсулу с камерой, которая, перемещаясь по пищеварительному тракту, собирает изображения для гастроэнтерологического исследования. Но называть такую капсулу хирургом неверно — сегодня это прежде всего диагностическая технология. И старый вопрос о микророботах, введенных в кровеносную систему, остается актуальным: управлять ими и безопасно выводить их из организма намного сложнее.
Дистанционный мониторинг — вещь хорошая. Например, пожилым он может помочь дольше оставаться дома и реже ездить в больницу. Но с другой стороны, этот метод может усилить одиночество стариков, если техника начнет подменять человеческий уход. Есть опасность, что общество решит таким способом избавляться от «них». Но «они» — это «мы», просто погодя, и всем нам необходимы — особенно в старости — люди. Нам нужно знать, что мы не одни, и ни машины, ни даже электронные пластыри с этой задачей полностью не справятся.
Чипы — во всем на свете
Какова вероятность того, что в тело человека будут имплантировать микрочипы? Британский компьютерщик Кевин Уорик имплантировал радиочастотный чип в свое тело ради бытовых экспериментов еще в 1998 году. У этой затеи есть свои этические последствия, очевидно, и приватность, и воровство личных данных — серьезные «но». Но прежняя идея о том, что за каждым человеком законодательно закрепят единый внутренний чип с банковскими данными и историей болезни, остается футуристическим сценарием, а не нормой современной медицины.
Кевин Уорик
Очень удаленная медицина
Одно из преимуществ применения телекоммуникаций в медицине — возможность помогать людям на больших расстояниях. Вот вам радикальный пример: в 2001 году хирург в Нью-Йорке удалил желчный пузырь пациентке во Франции, применив дистанционно управляемую роботизированную систему. Но подлинный массовый прорыв телемедицины произошел скорее в консультациях и мониторинге, нежели в полностью удаленной хирургии. Сегодня подключенные приборы могут передавать врачу уровень глюкозы, кровяное давление, вес и другие показатели, а сложная дистанционная операция по-прежнему требует особенно надежной связи, инфраструктуры и контроля безопасности.
Очень удаленная медицина